Коронавирус в Волгоградской области:
Волгоград снимают с охраны?

Волгоград снимают с охраны?

Волгоград снимают с охраны?
Фото:
Центральный рынок Волгограда/ СоцИнформБюро

Самая обсуждаемая тема последних дней – удивительные заявления волгоградского губернатора Андрея Бочарова, который публично раскритиковал утвержденный федеральным законом принцип ведения реестра объектов культурного наследия. По мнению Бочарова, регионам должно быть доверено право самим исключать из реестра объекты, очевидно оказавшиеся там по ошибке. Почему возникла такая инициатива и есть ли в ней забота о памятниках архитектуры? В чем особенность волгоградской ситуации и есть ли перспективы, что желания Бочарова сбудутся – в материале «СоцИнформБюро».

Волгоградский губернатор Андрей Бочаров на прошлой неделе взорвал информационное поле, заявив, что регион нуждается в расширении полномочий по работе с реестром объектов культурного наследия (ОКН). Действующие принципы, закрепленные в федеральном законодательстве, губернатор назвал «чушью несусветной».

Волгоградская область почему-то, это я не знаю, еще лет 10–15 назад все внесли в культурное наследие, которое убрать невозможно. И вот сегодня мы как раз выходим, чтобы дали нам право принимать решение, какое это наследие. Для того чтобы вывести это, необходимо сделать постановление правительства Российской Федерации. Вы представляете? В Сарепте или еще где-то — через правительство России! Это глупость абсолютная. Это решение должно быть наше. Нужно сделать таким образом, чтобы   культурное наследие, которое региональное, дали нам право принимать решение. По изменению статуса. Экспертизы проведем, жителей соберем. Они сами скажут, – цитируют Бочарова местные СМИ.

 

Несмотря на эмоциональность спича главного чиновника региона, очевидно, спонтанной его речь не была. Напротив, она выражает принципиальную позицию Бочарова. С одной стороны, руководитель области, как человек с большим военным прошлым, вообще стремится к тотальному контролю во всех сферах. Но по теме избыточного, по мнению губернатора, занесения в объекты ОКН, Бочаров высказывается не первый раз. В свое время, когда в структуре областной администрации только был создан комитет госохраны ОКН, губернатор под телекамеры заявил, что основная задача нового органа «разобраться с этой ситуацией».

Все записано  

Логика у предложений Андрея Бочарова вполне прямолинейная.

Председатель комитета по культуре, делам национальностей и казачества, вопросам общественных объединений, религиозных организаций и информационной политики областной думы Татьяна Бухтина объясняет, что единственная причина в стремлении «сократить бюрократические проволочки».

– Это вовсе не значит, что все объекты исключим и сразу начнем торговать. Ни в коем случае. Но право и включать, и исключать должно быть у региона, – уверяет депутат, – люди постоянно обращаются, ведь это несет даже бытовые проблемы. В квартире невозможно сделать перепланировку, сплит-систему повесить. Все процедуры затягиваются, что часто очень некстати.

По мнению почетного строителя России, сопредседателя реготделения «Деловой России» Андрея Куприкова, реестру ОКН остро нужна ревизия, потому что «в свое время туда затолкали всякий мусор».

 

Фундаменты, которые поросли травой, какие-то невозможные сараи. В свое время это сделали специально, чтобы потом продавать разрешения. И делать то, что предложил в этой части губернатор, действительно надо. Речь совсем не о том, чтобы все подряд или волюнтаристски исключать. Но нужно разбираться. Максимально гласно, с приглашением общественности, экспертов, независимых, дипломированных, можно из других регионов, – рассуждает Куприков, – у нас же желание просто закрыть, пока была такая возможность, приводит к глупым ситуациям. Многие территории охраны делали максимально широкими. Например, зона охраны ансамбля на Мамаевом кургане нарезалась так, чтобы сохранять видовые точки на Родину-мать, да еще и с запасом. В результате сейчас территория возле торгового центра «Мармелад» брошенная, неухоженная.  Нужно проверить что важно, что действительно нужно для памяти, а также, что можно использовать. Фиксировать это, вносить в бюджете строчку на их сохранение. А сохранять  якобы памятник, а на самом деле кучу разбитых кирпичей, нет смысла.

 

При этом, отмечает Андрей Куприков, даже если полномочия и правда перейдут на региональный уровень, важно «не торопиться и не наделать глупостей», чтобы не провоцировать общественных конфликтов по этой теме.

Депутат облдумы Александр Осипов, в прошлом созыве заксобрания занимавший пост председателя того  же комитета, что сейчас занимает Татьяна Бухтина, объясняет: еще в 1997 году большое число архитектурных объектов, особенно в областном центре, было внесено в списки ОКН «массово и скопом». При этом, уверяет Осипов, документы, на основании которых было определено, что не только отдельные здания, но целые архитектурные ансамбли соответствуют критериям отнесении к культурному наследию, утрачены почти полностью.

Найти ничего просто невозможно. И для того, чтобы просто ремонт провести нужно проходить семь кругов ада. При этом, от проведения экспертизы управляющие компании, когда узнают, какие расценки там фигурируют, просто бегут. Повесить эти расходы на жителей тоже невозможно. И это не сохранение наследия, а, скорее, наоборот. Конкретный пример: Советская 26, там разрушаются декоративные вазоны, которые цементные. Они, похоже, не были рассчитаны на такой срок эксплуатации, с учетом перепада температур и так далее. То есть у нас есть объект весом больше тонны, который де-юре культурное наследие, а де-факто он разрушился полностью, одна основа из арматуры осталась.

 

При этом, пояснил депутат, после утверждении реестра в 90-х в дальнейшем это стало «не интересно» инициаторам протеста. До тех пор, пока не возникли вопросы капитального ремонта и расчета соответствующих затрат. Осипов называет нынешнюю ситуацию «заколдованным кругом» и уверен, что все ранее внесенные объекты нужно проверить, особенно из тех, что становились ОКН «целыми улицами и кварталами».– Нужно заходить в каждый двор, каждый дом и проверять все заново, – подчеркивает Осипов.

В очень похожих выражениях изъясняется и губернатор Андрей Бочаров, когда объясняет, почему, на  его взгляд, ОКН в области, слишком много. В структуре областной власти, как и по всей стране, уже несколько лет работает комитет госохраны ОКН, который и призван проверять и контролировать.

Сейчас в едином государственном реестре ОКН 2591 объект из Волгоградской области. Это чуть больше, чем, например, в соседней Воронежской области, но меньше, чем в Ростовской, не говоря уже о регионах центральной части России. Около 400 волгоградских ОКН это архитектурные памятники, включая те, что несут скорее историческое, а не градостроительное значение. Больше половины из них в неудовлетворительном состоянии. Свыше 2100 ОКН это археологические объекты.

Ежегодно перечень пополняется около 50 выявленными объектами. Сейчас, по данным профильного комитета областной администрации, в регионе 187 ОКН, которые выявлены, но зоны охраны для них еще не прописаны.  В подавляющем большинстве случаев это археологические памятники – курганы, прочие могильники и даже стоянки первобытного человека. Есть, впрочем, и жилые дома конца XIX века. Например, два здания на улице Краснослободской в Ворошиловском районе Волгограда и несколько домов  в городе Дубовка.

В целом ряде городов и районов области, до сих пор ни один ОКН официально не выявлен. Например, нет таковых ни в Иловле, ни  в Калаче-на-Дону.

На многих территориях к ОКН отнесены исключительно церкви. Те, что не взяла на баланс РПЦ, как правило, находятся в ужасающем состоянии. Это понятно – при общем бюджете сельского поселения в несколько миллионов рублей даже заказать проект реконструкции разваливающегося наследия невозможно.

 

Разруха и проруха

Проблема финансирования ОКН – тема отдельная. Председатель реготделения  Всероссийского общества охраны памятников истории и культуры (ВООПИиК), Валерий Котельников отмечает, что зачастую у местных властей не хватает средств даже на проведения минимальных работ по формальному выявлению объектов наследия. Так, в Руднянском районе как минимум 16 исторических зданий в хорошем состоянии, но поставить их под охрану пока не получается – на оплату экспертизы нужны средства. Так что начали с двух зданий церквей.

Тут есть другая коллизия – если на местах, например, с помощью меценатов, удастся привести старинные храмы в божеский вид, православная церковь вправе претендовать на них.

Татьяна Бухтина пояснила, что областные власти будут обращаться к федеральным ради увеличения отчислений из федерального бюджета на содержание объектов.

При этом регионы подают запросы на финансирование работ по восстановлению и содержанию значимых памятников. Так вот, по данным ВООПИиК, за последние несколько лет из Волгоградской области запросы поступали только по нескольким храмам, памятнику-ансамблю на Мамаевом Кургане и музею «Старая Сарепта».

Ключевая проблема, впрочем, вовсе не в безденежье, а в рисках прямо противоположных. Волгоградский опыт многократно показывал, что связанные с властью коммерсанты, охваченные алчностью, способны на любые бездумные поступки.

Как можно доверять нашим властям и местным экспертам, хорошо видно по сараю, который строится возле Центробанка перед Центральным рынком, который вписан в охранную зону проспекта Ленина, – напоминает Валерий Котельников.

Есть еще целый ряд вопиющих примеров, когда именно власти своеобразно поняли свои полномочия, презрев здравый смысл. Так, например, в Урюпинске, предметом охраны признали не старинное здание в центре города, а его территорию. Это позволило здание снести, а на его месте построить современное.

Валерий Котельников уверен, что такое могло бы происходить повсеместно.  А вот предпринимателям можно было бы дать экономические стимулы именно сохранять наследие, а не сносить его и заменять новоделами.

 

Льготы на имущество, на налог на землю. Как сделано это, скажем, в Томске. Муниципальные дома, но аренда долгосрочная. Как только заключили договор, ставка падает, начали восстановительные работы, еще сокращается. В итоге установили минимальные, что, безусловно, выгодно. Посмотрите на пример Казани, многих других городов, – поясняет общественник.

 

Чтобы реализовать такие модели, отмечает Котельников, нужна политическая воля и заинтересованность власти. Тогда и уполномоченный областной комитет будет не искать пути, как сократить число объектов в реестре, а как вернуть ОКН в оборот, причем с выгодой для экономики.

Председатель ВООПИиК, член совета по культуре при президенте России Артем Демидов соглашается с тем, что во время внесения объектов в реестр «могли быть ошибки». Но это совершенно не отменяет того, что в федеральном законодательстве заложены правильные принципы, отменять которые нет никакой нужды.

 

Все случаи индивидуальны и было бы неправильно говорить, что все 100% обладают культурной ценностью. Но со стороны регионов постановка такого вопроса — это не что иное, как перекладывание с больной головы на здоровую. У регионов и так много полномочий, по которым исполнение как раз стоит подтянуть.  В частности, в регионах нужно преодолеть правовую неопределенность, когда существуют сотни объектов со спорным статусом, некоторые не включаются в реестр десятилетиями, но и из списка обладающими признаками не исключаются.  Именно наличие таких объектов более негативно влияет на общую ситуацию. Пока не разработаны у объектов охранные зоны, предметы охраны, требовать каких-то еще полномочий странно, мягко говоря, – констатирует Артем Демидов. – Ошибки, повторюсь, могли быть. Но и существующий порядок позволяет их исправить в индивидуальном порядке. Это исключения, которые не отменяют правило. А вот разрешить регионам самостоятельно определять, что не является наследием – это слишком большой риск.

 

Слышу звон…

Инициативы, вроде высказанной Андреем Бочаровым, за последнее десятилетие многократно разрабатывались другими регионами. Несколько раз дело дошло и до законотворческих инициатив, но все они были отклонены Госдумой.

В действующем порядке для исключения из реестра ОКН есть фактически два основания – физическая утрата (полное разрушение) и утрата исторического статуса. Последнее может произойти в случае переосмысления значения исторических событий, а также при повторном аудите художественной и исторической ценности. Такая возможность существует, и инициируют ее именно регионы. На практике механизм применялся всего несколько раз, но свою работоспособность доказал.

Руководитель управления культуры по ЮФО и СКФО Денис Проценко уверен, что подобные новеллы не будут внесены никогда. По его словам, существующая норма «абсолютно себя оправдывает». Исключение из реестра осуществляется не нормативно-правовым актом, а распоряжением правительства.

 

Логика очень проста. Чтобы на местном уровне не спекулировали этой темой.  Сегодня включили, завтра исключили. Сейчас схема  достаточно прозрачная и исключение возможно, но на основе заключения государственной историко-культурной экспертизы.  Эксперты из разных регионов принимают квалифицированное заключение, и только после этого выносится решение, стоит ли предоставлять нашим потомкам право пользоваться этим объектом, или он не нужен.

 

Проценко напоминает, что во многих регионах за право работать на ОКН «идет драка инвесторов», причем касается уже не только Москвы. Старинное здание может приносить прибыль уже из-за самого своего статуса. А недавно правительство предложило ввести налоговые льготы для владельцев ОКН регионального значения, чем уравняют с преференциями для федеральных памятников.

В документе планируется освобождение хозяев ОКН регионального значения от уплаты налога на имущество организаций, так и от земельного налога собственников тех земельных участков, на которых расположены комплексы, находящиеся в неудовлетворительном состоянии (на период восстановления или реставрации, но не больше, чем на семь лет). Льготы, правда, несколько в ином варианте могут ввести и для физлиц.

 

Если сегодня объект находится в том месте, что инвесторам не интересно его восстанавливать, то и земельный участок должен быть более привлекательным. Сейчас фокус именно на том, чтобы возвращать старинные здания в оборот. Глубокое заблуждение, что на ОКН ничего нельзя делать. Делать можно и нужно, а вот что и как – это и есть полномочия региональных властей, – поясняет Проценко. – Они определяют предмет охраны. Если нет каких-то особо ценных интерьеров, то, наверное, неправильно сохранять, скажем, дубовую раму первоначальную. Нужно дать оценку, чтобы собственник сделал новую раму из того же дуба по тем же лекалам. А у нас власти часто заигрываются с определением предмета, так, что приходится подключать прокуратуру. В Волгоградской области, кстати, такие случаи тоже были.

 

Напомним, по числу скандалов с ОКН Волгоградская область одна из лидеров в стране. Антигероями в громких историях разрушения наследия становятся как нечистые на руку бизнесмены, так и власти, игнорирующие свои обязанности по охране ОКН, а чаще весьма вольно их трактующие. Так реставрация памятнику героям-радистам с позывным «Ролик», когда некачественные работы лишили объект первоначального облика, напомним, дошла до  уголовного дела.

Восстановленный памятник воинам-связистам / Нижние Баррикады, Волгоград

Валерий Котельников отмечает, что даже столь громкие истории пока не поменяли мышление волгоградских чиновников. И высказывания Бочарова – подтверждение тому.

Интересно, что спустя несколько дней после заявления волгоградского губернатора, правительство Михаила Мишустина внесло в Госдуму еще один законопроект, упрощающий работу с ОКН. По нему регионы могут упросить включение объектов регионального значения в госреестр без проведения экспертизы, поскольку историко-культурная ценность таких объектов уже установлена в ходе предыдущих работ. Документ  также предполагает введение 4 квалификационных категорий по аттестации специалистов в области сохранения ОКН. Реставрировать объекты из Списка всемирного наследия (в Волгоградской области это скульптура «Родина-мать зовет» — прим. ред) смогут только специалисты высшей категории. Кроме того, в границах территории ОКН будут разрешены работы по благоустройству, установке инженерных сооружений, систем и оборудования для обслуживания объектов, включая подземных линейных объектов и сетей инженерно-технического обеспечения. Отдельно будет прописан и формально новый вид работ – текущее содержание ОКН.

Политические наблюдатели вновь заговорили об умении Андрея Бочарова быть в тренде и даже «особом чутье», подхватывая первым самые важные темы. Даже если в своей оценке глава региона существенно разошелся с общероссийской тенденцией. Буквально в последние недели сразу несколько крупных городов занялись как раз тем, что волгоградский депутат Александр Осипов назвал «записывать в реестр скопом». Например, в Перми градостроительный совет объявил, что в реестр будет включен весь исторический центр города – почти весь Ленинский и часть Свердловского района.

Член волгоградского областного штаба ОНФ Эдгар Петросян предполагает, что у губернатора «есть инсайд по важным темам».

– В год 75-летия Победы, конечно, необходимо заниматься наследием. Тем более, что у нас-то фактически каждое здание, пережившее Сталинградскую битву, да и сам город является наследием. Люди, живущие в таком легендарном городе, должны это понимать. Это не деревня, даже не любой ординарный город, а место всемирного значения, символ жизни. Последнее время в отношении Волгограда много негативных настроений, которые вызваны как раз тем, что все слои общества – от маргиналов до элитариев – взяли за правило наплевательски относиться к истории и культуре. Если не поймем, что Водлгоград это центр, который дал возможность существовать человечеству, то не сможем развиваться, двигаться вперед, – заключил Петросян.

Добавим, что по сведениям «СоцИнформБюро», в ближайший четверг инициатива губернатора Бочарова будет обсуждаться на круглом столе в Областной Думе.