Коронавирус в Волгоградской области:
«Резервы в расходной части есть всегда». Волгоградской области может не хватить 20 миллиардов

«Резервы в расходной части есть всегда». Волгоградской области может не хватить 20 миллиардов

«Резервы в расходной части есть всегда». Волгоградской области может не хватить 20 миллиардов
Фото:
Администрация Волгоградской области

Борьба с пандемией коронавируса ощутимо ударит по финансовому благополучию не только предприятий и граждан, но и региональным и местным бюджетам. В Волгоградской области власти пока не дают никаких оценок выпадающих доходов, однако по неофициальным прогнозам ситуация может оказаться критической – консолидированный бюджет лишится четверти собственных доходов. Почему реакция властей запаздывает и может ли такое решение оказаться разумным? Какие факторы могут позволить региону пройти ограничения легче, чем большинство соседей по ЮФО, и что за меры нужно предпринять для скорейшего восстановления после снятия ограничений – в материале «СоцИнформБюро».

Спад российской экономики, спровоцированный пандемией вируса COVID-19 и падением цен на нефть, приведет к значительной потере доходов региональными бюджетами. Агентство «Национальные кредитные рейтинги» прогнозирует, что 62 субъекта федерации (из 85) в этом году будут вынуждены прибегать к заимствованиям, в общей сложности им понадобится свыше 500 млрд рублей. Есть и более катастрофические оценки. Так, эксперт программы развития ООН и Московского представительства Международной организации труда, доктор географических наук Наталья Зубаревич оценивает выпадающие доходы регионов в нынешнем году в 3 триллиона рублей. Около 1 трлн удастся перекрыть за счет накопленных ранее резервов – они есть у Москвы, а также нефтегазовых регионов. Получается, что всем остальным 2 трлн придется занимать или компенсировать соответствующим сокращением расходов. 200 млн федеральный бюджет уже обещал перераспределить в помощь регионам.

Целый ряд регионов, включая соседей Волгоградской области, примерный масштаб потерь уже оценили публично. Так астраханский премьер-министр Александр Шарыкин заявил, что регион может недосчитаться трети собственных доходов, т.е. 12 млрд рублей.

 

Начали за здравие

В Волгоградской области до сих пор никаких публичных заявлений по этому поводу не сделано. В администрации региона сообщили, что финансовый блок властей соответствующие оценки готовит, и заверили, что «представят в ближайшее возможное время». Источник, близкий к одному из вице-губернаторов, сообщил, что «до консолидированного мнения пока далеко».

Есть несколько мнений. Финансисты считают одно, комитет промышленности и торговли дает другие расклады, а в итоге предложено будет что-то компромиссное, и утверждать будет губернатор в узком кругу. Там будет что-то вроде «чтобы никого не обидеть», это оценит еще и сам Бочаров (Андрей, губернатор Волгоградской области – прим. Ред), и отнесут утверждать депутатам, – уверяет информированный собеседник.

Первый зампред областной Думы и член комитета по бюджетной и налоговой политике Сергей Булгаков в беседе с корреспондентом «СоцИнфлормБюро» сообщил, что пока в облпарламенте предметно не обсуждали сокращение бюджета.

Пока рано говорить. Это будет ясно по итогам  5 месяцев, а то и полугодия. Трудно сейчас говорить от чего придется отказываться. Но Андрей Иванович [Бочаров] говорил о том, что основные проекты планируем сохранять для  реализации, сможем изыскать резервы, по строительству социальных объектов, – сказал депутат Булгаков. – Конечно, будут консультации с органами исполнительной власти. Вместе будем смотреть итоги месяца, изучать ситуацию. Сейчас все идет в соответствии с приятным бюджетом, никаких ограничений от запланированного по финансированию пока нет, – добавил вице-спикер.

 

Действительно, в первом квартале, когда ограничительные меры в России практически не начались, экономика Волгоградской области показала неплохие результаты. Так индекс промышленного производства (ИПП)  за первые три месяца 2020 года составил 106,8%, что на 5,3% выше среднероссийского. В обрабатывающих отраслях показатель и вовсе достиг 111,6%. Ключевое для региона химпроизводство выросло на 2,5%, выпуск готовых металлических изделий сразу на 44%, металлопроката на 17,2%, а скрученной проволоки и канатов и шнуров  –  на 13,1%.  На 11,4%  выросла «нефтянка», причем выпуск автомобильного бензина прибавил сразу 22,6%.

На этом фоне и исполнение бюджета оказалось в плановых значениях, причем собираемость налогов к прошлому году даже выросла. Областной бюджет получил в первом квартале 24,82 млрд доходов (+12 % к том уже периоду 2019-го), в том числе собрал 17,66 млрд налогов(+7,4%). Сбор собственных доходов составил 22,8%, что для первого квартала, с учетом малого числа рабочих дней, считается высоким результатом. Налогов на прибыль удалось собрать особенно много – 11,48 млрд рублей ( 23,5% от годового плана), в том числе на прибыль организаций  6,32 (24,85%) млрд. рублей.

 

Интересно, что волгоградская экономика и в период пандемии теряет меньше, чем соседи. Согласно исследованию Фонда «Институт экономики городов» городские агломерации с диверсифицированной экономикой и высокой долей услуг более восприимчивы к ограничительным мерам, чем те, где преобладает ресурсная или промышленная модель. По данным фонда в период самоограничений Краснодар теряет ежедневно около 1,1 млрд рублей, тогда как Волгоград лишь около 400 млн.

 

Не хуже, чем у других

Дальнейшая устойчивость волгоградской экономики, впрочем, вызывает сомнения. То же производство топлива в таком объеме сейчас просто избыточно и может или резко сократиться или  спровоцировать падение цен. Вообще, структура регионального производства в последний год не вызывает оптимизма – при положительных значениях ИПП отгрузка товаров в денежной стоимости не растет или даже сокращается. Даже обрабатывающая промышленность в первом квартале 2020 года показала уровень 99,9%. Иными словами продукция волгоградская промышленность или дешевеет или частично выпускается «на склад». Очевидно, что противоэпидемические мероприятия не способствуют росту спроса, значит этот перекос будет только усиливаться.

Кандидат экономически наук Карэн Туманянц, отмечая, что «в некоторых случаях архаичность экономики может парадоксальным образом оказаться плюсом», призывает не переоценивать возможности работы индустрии без спроса.

 

– Страдают сейчас, конечно, все. В выигрыше окажутся буквально единицы. Но вопрос в масштабах потерь и темпах восстановления. Спрос, конечно, сместился. Текущее потребление сокращается. Но конечный спрос упал не равномерно. Например, «Каустик» на производстве хлорсодержащих соединений вовсе должен быть на коне. Удобрения для сельского хозяйства тоже нужны по-прежнему, значит,  у «Волжского оргсинтеза», вроде как нормальные перспективы. Хуже они в легкой промышленности и совсем плохо, конечно, в сфере услуг,  – констатирует эксперт.

 

Напомним, что ставка налога на прибыль 20%, регион оставляет у себя 17%, еще 3% уходит в федеральный бюджет. Отметим, что в запланированных доходах бюджета Волгоградской области в 114,7 млрд рублей собственные средства должны составить 77,46 млрд рублей. Причем 62% из них это плановые поступления от прибыли – 48,81 млрд рублей. К общему объему бюджета это 42,5%, то есть примерно на уровне таких субъектов как Татарстан, республика Коми и Ханты-Мансийский автономный округ. Значительное выпадение доходов там не так критично – это как раз регионы, сумевшие создавать некоторые накопления. В Волгоградской области, напротив, высокий госдолг – свыше 47 млрд рублей или 60,7% к уровню собственных доходов. Впрочем, в сравнении с ситуацией конца 2017 года, когда задолженность превышала 90%, нынешний объем долгов не выглядит запредельным. К тому же федеральное правительство фактически высвободило для областной казны 4 млрд рублей, которые область должна была возвращать в нынешнем году.

 

Насколько же сократится доходная часть бюджета региона в нынешнем году? Несколько собеседников «СоцИнформБюро» во властных структурах и крупном бизнесе сходятся в оценке «до 25-30 % от собственных доходов», то есть потери могут составить примерно 18-23 млрд рублей. С учетом упомянутой отсрочки, 14-19 млрд.

 

 – В структуре много не только нефтянки, но и металлургии, транспорта. Это теперь все проблемные отрасли. У металлургов начинается мировой кризис спроса, цены будут очень быстро падать. Настоящую картину мы увидим к сентябрю, только тогда станет понятна логика, но сокращение прибыли вдвое и бюджета на 25% это достаточно оптимистичный сценарий,  – рассказал на условиях анонимности один из депутатов областной Думы.

 

Не совсем понятная и ситуация с сельским хозяйством. Например, в каком объеме и по каким ценам будут производиться государственные зерновые интервенции и смогут ли они хоть как-то компенсировать возможную временную потерю внешних рынков.  Аналитик ГК «ФИНАМ» Алексей Коренев напоминает, что озвучиваемые сейчас прогнозы имеют «очень приблизительный характер и огромный диапазон значений».

 

– Еврокомиссия предсказала России падение ВВП в 2020-м году на 5%. Иные международные организации, аналитические компании, крупнейшие банки и экспертные группы называют коридор возможного сжатия российской экономики до 8%, хотя некоторые предрекают и все 10-12%. И у каждого резонные пояснения и даже некие расчеты, которые, впрочем, мало чего стоят в условиях, когда даже в государствах, ставших понемногу выходить из локдауна, нет точных оценок по динамике своих национальных экономик. Если брать некий консенсус-прогноз, то ВВП России по итогам года упадет на 5-6%, а дефицит бюджета составит около 4%. Это много. Особенно это неприятно для регионов, так как у большинства из них даже в профицитные для страны в целом годы сохранялись дефицитные бюджеты, а соотношение госдолга в ВРП было достаточно высоко. Так что предварительная оценка падения доходов в отдельных субъектах даже в 30-35% не выглядит фантастической, – рассуждает Коренев.

 

Согласно данным мониторинга Центробанка РФ снижение экономической активности от «нормальных» значений превышает 20%, причем в этом исследовании отмечается, что уровень платежей вне добычи полезных ископаемых и производства нефтепродуктов сократился на 18,8%. По цепочке это означает сокращение не только отчислений прибыли, но и зарплат. Что уж говорить о наиболее пострадавших отраслях вроде общепита, туризма, организации мероприятий – они деятельность не ведут вообще, во многих предприятиях значительное число сотрудников или уже уволены или де-факто находятся в неоплачиваемых отпусках.

Потеря налога на доходы физических лиц сильно ударит по муниципальным бюджетам. Это значит, что областной казне придется компенсировать эти потери городам и районам. Сейчас в казне региона на дотации местным бюджетам зарезервировано 1,33 млрд рублей. Это самая низка величина за последние годы. Например, в 2018-м регион дотировал нижестоящим бюджетам 2,35 млрд. Предварительные оценки сокращения НДФЛ по году в консолидированном бюджете не меньше 5 млрд(от запланированных 35 млрд).

Вице-спикер областной Думы от «Справедливой России», член бюджетного комитета Дмитрий Калашников признает, что пока прогнозировать сокращение бюджета и перераспределения внутри финдокумента невозможно.

Нужно понять, сколько реально выпадающих доходов, в том числе как пострадают местные бюджеты по НДФЛ. После этого уже будем решать и вопросы сокращения и, конечно, ходатайствовать о дополнительной поддержке из федерального бюджета. Такая понадобится всем. Накануне на заседании Южно-российской парламентской ассоциации мы приняли по инициативе ростовского заксобрания такое обращение – в связи с коронавирусом региональным бюджетам нужно помочь, – рассказал Калашников.

 

Но вы держитесь

То, что все регионы будут просить дополнительных дотаций и субсидий у Москвы, очевидно. Но выиграют, скорее всего, те, чьи обращения будут наиболее аргументированными. Тут важное значение имеет готовность регионов разделять расходы по приоритетам, отказываясь от второстепенных, но не сбавляя темпов «освоения» по ключевым проектам. Именно такой настрой, по сведениям «СоцИнформБюро», у властей Волгоградской области.

Негативное последствие от пандемии ощутят все регионы РФ, при этом региональным властям нужно еще и поддерживать пострадавший бизнес, напоминает  глава люксембургского офиса консалтинговой группы KRK Group Никита Рябинин.

Местным властям надо и просить помощи у центра, и сокращать затраты. Это может коснуться и нацпроектов, так как их реализация требует больших вложений, которые сейчас вряд ли могут быть осуществимы. Также не стоит забывать, что недавно в законодательстве появился инструмент, позволяющий регионам выдавать друг другу бюджетные кредиты на срок до 3 лет. Как это будет выглядеть на практике, и хватит ли у регионов средств на это, пока не ясно, кроме того, федеральный центр может использовать это нововведение, чтобы снять с себя долю ответственности за помощь субъектам,  – полагает Рябинин.

 

Карэн Туманянц считает, что Москва может не только увеличить трансферты, но и снять фактически существующий запрет на увеличение заимствований. Это могут быть не только кредиты банков, но и облигации.

– Резервы в расходной части есть всегда. Наверное, что-то из необязательного все-таки попытаются урезать, но что и в каких объемах пока говорить сложно. – добавил Туманянц.

 Федеральные власти уже всерьез обсуждают дополнительные меры, смягчающие положение областей, краев и республик – вероятнее всего им будут предоставлены заметные преференции, помимо уже проведенного освобождения от платежей по бюджетным кредитам, считает Алексей Коренев.

Понятно, что делается это не просто так – регионы давно и активно просят у федерального центра мер поддержки. Если учесть, что в текущей ситуации инструментарий у Москвы относительно невелик, то, наверное, можно рассчитывать и еще на какие-то послабления или даже прямые субсидии.  Остальные преференции, наверное, будут обсуждаться позже – когда станет более-менее ясна картина с происходящим в региональных экономиках, – рассуждает аналитик ГК «ФИНАМ».

Сопредседатель реготделения «Деловой России» Андрей Куприков уверен, что главная задача ближайшего времени это уверенный «перезапуск» экономики после окончания самоизоляции. Он может быть очень эффективным, но только в случае изменения системных подходов. По словам Куприкова, «экономика в целом недофинансирована процентов на 60», это значит, что нужно пересматривать и кредитную политику и налоговую.

Почти все отрасли буквально задыхаются без дешевых кредитов и оборотных средств. Если в экономику дать деньги, мы легко получим рост в 7-8% в год. Падение спроса, которое сейчас будет, преодолеть можно пересмотром налогообложения, в том числе на труд. Чем больше будет оставаться средств на руках у людей, тем больше они купят товаров внутри страны. Рубль должен стать инвестиционным инструментом. – Для этого следует ограничить валютные спекуляции, тогда средства будут направлены в производство, – уверен Куприков.

 

В части региональных мер, полагает общественник, важно пересмотреть стратегические подходы и придумать, как получить больше выгоды из географического положения области – от торговли с Китаем через Казахстан, например. Кроме этого, важно взаимодействие региональных властей с федеральными структурами.

Налоговая должна перейти от фискальной политики к стимулирующей. Управление ФАС тоже нужно убедить в том, что первоочередные интересы — это поддержка местного бизнеса, наших компаний.  Чтобы люди имели деньги, а бизнес инвестировал, они должны получать преференции, в том числе на госзаказе. В ряде регионов это делается, а нам почему-то пытаются объяснить, что так нельзя. Задача госорганов сделать так, чтобы предприниматель не только не был должен, но и не остался без штанов – ни сам, ни его работники, – подчеркнул Куприков.

 

Источник в областной власти пояснил, что первые прикидки по выпадающим доходам чиновники представят в 20-х числах мая, однако первые решения по корректировке казны будут сформулированы только после получения фактических данных за 5 месяцев.